| Prison Break - взгляд по российски |
| 17.09.2010 г. | |
|
Dragonsart.ru пристально следит не только за киноновинками, но и за актуальными телевизионными событиями, потому что там периодически происходят довольно заметные события, которые в той или иной степени оказывают влияние на кинематограф, в частности, и культурную жизнь общества, в целом. Сегодня речь пойдёт о том, о чём мы не так давно сообщали в наших новостях: Первый канал продолжает агрессивно привлекать публику всевозможными креативными проектами, среди которых особым рядом смотрятся купленные в Америке культовые сериалы, которые с той или иной степенью талантливости будут адаптироваться российскими режиссёрами для российского же зрителя. Как заявляет официальный пресс-релиз, Первый канал совершает очередную маленькую телевизионную революцию. Все российские сериалы показываются на нашем телевидении в рамках линейного программирования — когда один российский сериал идет в прайм-тайм пять дней в неделю. С этого сезона Первый канал переходит на вертикальное программирование, которое целиком позаимствовано в США, где показывают по одной серии в неделю. В один из дней на телеканале будут показывать сделанную специально для Первого канала адаптацию американского сериала Prison Break — «Побег», в российской версии главным злодеем будет опальный олигарх, живущий на Западе. Почему решили адаптировать именно «Побег» выглядит совершенно логичным: этот сериал входит в пятерку лучших сериалов десятилетия. К тому же у Первого канала появилась такая возможность, которая в деталях называется руководителями канала «коммерческой тайной». На сколько сильно отличается адаптация от оригинала, по словам постановщика российской версии Дениса Евстигнеева в следующем: «Мы шли за сюжетом, потому что это лучшее, что есть в оригинальном сериале. Соблюдали узловые точки — концы серий, которые очень хорошо выстроены. За чем мы не шли — так это характеры, герои, диалоги и наполнение сцен в целом. Убирали какие-то совсем смешные для нас вещи. Например, в американской версии герой ковыряет стену с помощью венчика от миксера, который он находит в тюрьме. В русской тюрьме найти кусок миксера невозможно». Что касается изменений характеров персонажей в российской версии то это также сделано применительно к российской действительности. Естественно, что наполнение российской тюрьмы сильно отличается от американской. В Америке больше всяких этнических групп, например белые и черные, так что можно не объяснять, в чем их антагонизм. Можно показать эти две группы, не показывая политическую и социальную основу, и сразу понятно, почему эти две группы соперничают. У нас таких видимых групп нет. Есть, конечно, серьезная проблема — кавказские и славянские лица, но постановщики политкорректно этого не стали делать, чтобы не переводить внимание зрителя с сюжета фильма на газетные истории, не хотели превращаться в площадку для публицистики, то есть просто побоялись показать реальную жизнь. Поэтому конфликт в фильме выглядит несколько оторванным от того, с чем знакомо большинство граждан этой страны. По понятным причинам у нас не может быть противостояния белые и черные, поэтому в российском «Побеге» противостояние — московские и уральские. Естественно, по внешнему виду они мало чем отличаются. Кстати, на примере этого сериала, станет окончательно понятно: зависит ли качество российских сериалов от скорости съемок, когда за пару дней снимается одна серия. С «Побега» начнется новое программирование на Первом канале, когда все сериалы в прайм-тайм будут показываться один раз в неделю. Канал снимает серию не за несколько дней, а за семь-девять. В США этот сериал снимался за эти же сроки. Российское производство мало чем отличается от американского. Просто отечественный бюджет в несколько раз меньше американского за счет гонораров артистам, авторам, режиссерам и за счет общих параметров жизни. Остальное производство такое же. Даже на татуировку, которую главному герою в США делали шесть с половиной часов, россияне потратили первый раз восемь часов, а сейчас делают за шесть с половиной. Сейчас идет в той или иной мере адаптация топовых американских сериалов: «Доктор Хаус», «Побег из тюрьмы», «Как я встретил вашу маму». Это связано с кризисом идей, однозначно. Причём по словам российских деятелей шоубизнеса, кризис идей не только у нас. Он везде. Сериалы, названные выше, не появляются как грибы после дождя. В США несколько таких шедевров приходится на огромное количество средних сериалов. По мнению отечественных телевизионщиков ничего зазорного в адаптации нет, наоборот, по их словам им это интересно — перенести известный материал на другую социальную почву. Правда, в этом случае сравнений не избежать, и скорее всего не в пользу местных киношников. По словам всё того же режиссёра Евстигнеева, в случае с «Побегом», налицо явные признаки качественного продукта: «У меня ощущение, что мы сделали лучше. В технических, производственных моментах мы превзошли американцев. Там, где у них все сделано просто и примитивно, мы не шли таким путем. Например, есть эпизод, где сосед героини открывает дверь на лестничной площадке, раздается взрыв, его отбрасывает, и он умирает. В американской версии во время взрыва на кадр накладывают клубы пламени, и манекен, у которого даже не стерт трос, выдергивают из пламени. Наш путь ручной и сложный: у нас в подъезде настоящая бомба, и каскадер после взрыва отпрыгивает назад». Далее, на вопрос по поводу творческих трудностей при работе с чужим материалом, режиссёр отечественного «Побега» ответил: «Побег» — самая сложная картина, которая была в моей жизни, и сложнейший сериал в производстве. Несмотря на то, что большая часть хронометража локализована в замкнутом пространстве, динамики хватит для всех. Вчера я вернулся из дельфинария, где мы снимали эпизод, когда герой ныряет в шахту, затопленную водой. Я уже не обращаю внимания на перевороты машин, которые кажутся для этого фильма банальностью. У нас есть пролеты на самолетах, вертолеты, спецназ, который штурмует тюрьму, подводные съемки, взрывы». Что касается заокеанского интереса к оригинальной продукции российских кинематографистов, то доподлинно известно, что из российских сериалов для адаптации покупали только «Папиных дочек». Косвенным образом это подтверждение того, что в США сериалы на голову выше. По мнению официальных лиц, представляющих производителей кино и телевизионной продукции в России, отечественной публике не слишком интересно смотреть про американскую жизнь. А культовые сериалы типа «Клан Сопрано» — исключения, его, дескать, не перевести на российскую действительность. А вот история типа «Побега» — не американская, не русская, не французская, а обобщенная — как адаптация здесь хорошо ложится. В плане финансовых показателей бюджета, затраченного на производство адаптации «Побега», то по туманным данным источников близких к Первому каналу, одна законченная серия будет стоить от ста пятидесяти тысяч долларов и выше. Что касается сюжета, который полностью переписан под российскую действительность, то история эта абсолютно придуманная и искусственно сделанная. Если задуматься, то многое в этом сериале не выдерживает критики. Однако, по мнению создателей отечественной версии «Побега» публика будет смотреть широко раскрытыми глазами, потому что обязательно станет переживать за героев, и не обращать внимания на нелепости. Внутри сериала герои станут жить по законам драматургии, а не по законам Федеральной службы исполнения наказаний. Кстати, когда для консультаций на картину приглашались сотрудники ФСИН, то они открыто удивлялись: «Что это за сказка?!». Что касается отношений с ФСИН, то они сначала не давали разрешения снимать в тюрьме. Но потом все получилось. Первые серии снимались в замечательной, если так можно сказать, Нижегородской тюрьме. Это отдельное государство. ФСИН просто не нужно, чтобы у них снимали кино. Особенно когда они видят в письме название «Побег», первое, что возникает, это отторжение. По заверениям постановщиков, представителей другой стороны, тот заключённых у них не было, не считая случайного бывшего зэка, который чисто случайно оказался в массовке. Он даже сделал какое-то замечание однажды на съемках, и после этого режиссер его привлек. В фильме не используется феня, тюремные моменты, чтобы кино не превратилось в очередной сериал «Зона». Надо сказать, что и в этой части есть существенные различия с оригинальной версией “Prison Break”: в американской версии у зэков все-таки не облагороженная речь. Тут, возможно, есть смысл в том, что наши пошли на смягчение фактуры, английский язык менее табуирован, чем русский. В американских фильмах уже зайчики говорят «fuck you». А у нас сказать с экрана перевод этого слова невозможно не потому, что мы такие пуритане, просто это табу. Говорить какие-то полуматы создатели не хотели, поэтому решили отойти от этого. Тем более что в российской тюрьме запрещено говорить матом. Хотя между собой зэки общаются, но в целом за это наказывают. Ещё один серьёзный момент касается того, что в России мораторий на смертную казнь, а первый сезон «Prison Break» строится вокруг этого. Поэтому, Евстигнеев и компания (Первый канал) решили ввести смертную казнь. Ее введут в первой серии, потому как будет убит министр финансов. И так как в стране на этом фоне зарождаются политические и социальные волнения, то власти вынуждены приостановить мораторий. Самое интересное в том, что из-за известной лояльности Первого канала властям, в сериале «Побег» не будет конкретных злодейских организаций, как5 это например обозначено в оригинальном «Prison Break» - их в начале называют охраной президента. Здесь вам никаких конкретных ссылок ни на ФСБ, ФСО или, упаси боже, на Администрацию президента. В российской копии американского оригинала существует абстрактный обобщенный образ — ОСО, отдел специальных организаций. Там также есть заговор, есть новый министр финансов, есть олигарх, который издалека руководит действиями в стране. Вот такая вот, очередная развесистая клюква, вместо одного из лучших сериалов современности «Prison Break», который смотреть, как оказывается, нам не*интересно. |
